«Зачем мне сим-карта, если
я не слышу даже гудков?»
Всю жизнь плохо слышал,
не мог разговаривать по телефону.
Когда я вышел из кабинета, я впервые
за 10 лет услышал мир четко.
Первое, что я сделал — пошел
в магазин электроники, купил iPhone
и оформил сим-карту. Я сразу
позвонил родным в другом городе.
Я услышал их голоса, а они — мой.
Теперь я звоню им каждый день.
Я в шутку называю себя «звуковым
маньяком»: я жадно слушаю всё, что
пропускал годами — наверстываю
упущенное.
Всю жизнь плохо слышал, не мог разговаривать
по телефону. Когда я вышел из кабинета, я впервые
за 10 лет услышал мир четко. Первое, что я сделал — пошел в магазин электроники, купил iPhone
и оформил сим-карту. Я сразу позвонил родным
в другом городе. Я услышал их голоса, а они — мой.
Теперь я звоню им каждый день. Я в шутку называю себя «звуковым маньяком»: я жадно слушаю всё, что пропускал годами — наверстываю упущенное.
Мне 100 лет. Я прошел войну, видел, как меняется история, был лично знаком с Юрием Гагариным.
Но в последнее время мой мир сузился до тишины.
Сначала исчезли звуки телевизора, потом стало трудно разбирать речь близких. На семейных праздниках я просто сидел и кивал, чтобы
не переспрашивать. Честно говоря, я думал,
что в моем возрасте что-то менять уже поздно.
Да и зачем? Врачи в поликлинике говорили:
«Ну что вы хотите, возраст». Я смирился.
В «Первый Слуховой» обратились мои родные.
Сам я бы никуда не поехал, здоровье уже не то. Специалисты приехали ко мне домой. Подобрали, настроили аппарат. Спасибо вам! Я снова могу участвовать в беседе. Не угадывать слова
по губам, а слышать.
Мне 100 лет. Я прошел войну, видел,
как меняется история, был лично
знаком с Юрием Гагариным.
Но в последнее время мой мир
сузился до тишины. Сначала исчезли
звуки телевизора, потом стало трудно разбирать речь близких. На семейных праздниках я просто сидел и кивал,
чтобы не переспрашивать. Честно
говоря, я думал, что в моем возрасте
что-то менять уже поздно.
Да и зачем? Врачи в поликлинике говорили: «Ну что вы хотите, возраст».
Я смирился. В «Первый Слуховой» обратились мои родные. Сам я бы
никуда не поехал, здоровье уже
не то. Специалисты приехали ко мне домой. Подобрали, настроили
аппарат. Спасибо вам! Я снова могу участвовать в беседе. Не угадывать
слова по губам, а слышать.
Мне 100 лет. Я прошел войну, видел, как меняется история, был лично знаком с Юрием Гагариным.
Но в последнее время мой мир сузился до тишины. Сначала исчезли звуки телевизора, потом стало трудно разбирать речь близких. На семейных праздниках я просто сидел и кивал, чтобы
не переспрашивать. Честно говоря, я думал,
что в моем возрасте что-то менять уже поздно.
Да и зачем? Врачи в поликлинике говорили:
«Ну что вы хотите, возраст». Я смирился.
В «Первый Слуховой» обратились мои родные.
Сам я бы никуда не поехал, здоровье уже не то. Специалисты приехали ко мне домой. Подобрали, настроили аппарат. Спасибо вам! Я снова могу участвовать в беседе. Не угадывать слова
по губам, а слышать.
Всю жизнь плохо слышал, не мог разговаривать
по телефону. Когда я вышел из кабинета,
я впервые за 10 лет услышал мир четко.
Первое, что я сделал — пошел в магазин электроники, купил iPhone и оформил сим-карту.
Я сразу позвонил родным в другом городе.
Я услышал их голоса, а они — мой.
Теперь я звоню им каждый день.
Я в шутку называю себя «звуковым маньяком»:
я жадно слушаю всё, что пропускал
годами — наверстываю упущенное
«Врачи лечили её от умственной
отсталости, а она просто
не слышала»
«Врачи лечили её
от умственной отсталости,
а она просто не слышала»
В 12 лет мою дочь записали в «отстающие».
Нам прописали тяжелые нейролептики,
но ей становилось только хуже. Она замкнулась
и угасала на глазах. Спас случайный врач
в больнице: «Мама, вы почему слух не проверяете? Она же не реагирует на голос со спины!».
Мы записались в «Первый Слуховой»
на диагностику, и, как оказалось, узнали правду: интеллект в норме, просто у нее тугоухость. Она физически не слышала учителей. Слуховой аппарат изменил всё. Эффект был мгновенным — через неделю я не узнала своего ребенка. Она впервые
за долгое время начала смеяться! Сейчас она живо реагирует на вопросы, стремительно догоняет сверстников, компенсируя годы, проведенные
в тишине.
В 12 лет мою дочь записали
в «отстающие». Нам прописали
тяжелые нейролептики, но ей
становилось только хуже. Она
замкнулась и угасала на глазах.
Спас случайный врач в больнице:
«Мама, вы почему слух
не проверяете? Она же не реагирует
на голос со спины!». Мы записались
в «Первый Слуховой» на диагностику,
и, как оказалось, узнали правду:
интеллект в норме, просто у нее
тугоухость. Она физически
не слышала учителей. Слуховой
аппарат изменил всё. Эффект был
мгновенным — через неделю
я не узнала своего ребенка.
Она впервые за долгое время
начала смеяться! Сейчас она живо
реагирует на вопросы, стремительно
догоняет сверстников, компенсируя
годы, проведенные в тишине.
В 12 лет мою дочь записали в «отстающие».
Нам прописали тяжелые нейролептики,
но ей становилось только хуже. Она замкнулась
и угасала на глазах. Спас случайный врач
в больнице: «Мама, вы почему слух не проверяете? Она же не реагирует на голос со спины!».
Мы записались в «Первый Слуховой»
на диагностику, и, как оказалось, узнали правду: интеллект в норме, просто у нее тугоухость.
Она физически не слышала учителей.
Слуховой аппарат изменил всё. Эффект был
мгновенным — через неделю я не узнала своего ребенка. Она впервые за долгое время начала
смеяться! Сейчас она живо реагирует
на вопросы, стремительно догоняет сверстников, компенсируя годы, проведенные в тишине.
Не обязательно ждать точки невозврата
Владимир Феодосьевич Ткаченко
После первого приёма наши пациенты
услышали то, что не слышали годами
После первого приёма наши пациенты
услышали то, что
не слышали годами